Жиленкова Степанида Григорьевна родилась в хуторе Чистая Октябрьского района Челябинской области. Семья была большая.
«…Все у нас было: дом, хозяйство, ветряная мельница. У мамки с папкой нас было пятеро. И вот однажды осенним дождливым утром во двор вошли какие-то люди в форме и начали забирать все нажитое долгими годами и тяжелым трудом. Когда я стала старше, я поняла, что в тот черный день отца Григория Алексеевича раскулачили. И нас разлучили на долгие годы…
После войны отца освободили. В то время у него уже была другая семья в городе Челябинске. И через некоторое время мы вместе с мужем и детьми переехали в Челябинск. На пороге меня встретил поседевший старик—мой любимый отец. Папа рассказывал, что тогда его вывезли в город Владивосток, где он отбывал десятилетний срок лагерей. Во время Отечественной войны работал на смолоскипидарном заводе. Всякий раз, когда я заводила речь о том страшном времени, на его глазах появлялись слезы. Тяжело было ему говорить об этом.»
«…В тот зловещий день трехлетнюю Степаниду с младшим братом и двумя сестрами посадили в сани, напоминавшие плетенные из дерева короба. А её маму и бабушку с дедушкой привязали за руки к коробам, и они бежали вслед за детьми.
Сложно было сказать, сколько дней и ночей пробыли в дороге, сколько прошли деревень и сел. В один из дней конвойные остановили лошадей в лесу и застрелили сначала дедушку, а потом бабушку. Младшего брата Алешку, ему еще не было и года, оставили, хладнокровно кинув в снег — он громко кричал от холода и голода. Не выдержав такой жестокости с родными, мать скончалась.
В марте они уже были в поселке Ямской в Ханты-Мансийском округе. Здесь ее сестру Полю забрал врач, а сестру Дусю взяла учительница. Степаниду забрали местные женщины. Поселили в бондарном цехе, где изготавливали бочки. Сделали ящик из досок, накидали стружки, чтобы было помягче. Поставил на ноги ее врач Николай Трубицын.
Сегодня Степанида Григорьевна живет в Эжве. Она переехала сюда в 1964 году вместе со своими родными. У нее большая семья: дети, внуки и правнуки. Сейчас она не любит вспоминать самые тяжелые моменты своей жизни, а рассказать решила только потому, чтобы потомки знали, как это было».
Газета «Моя Эжва»